Парсифаль: обсуждение темы

Для начала даю репост двух сообщений уважаемой Multilingua из обсуждения хоров с солистами, затем отвечаю, но дальше можно и даже нужно писать не только про данный эпизод. Обсуждать в этом разделе предполагается оперу в целом, в любых частностях и в любых сюжетных и музыкальных аспектах. Цитируются в тексте мои сообщения - они выделены курсивом. Ответы Multilingua, соответственно, идут стандартным текстом.
_____________

Девушки-цветы

уже второе голосование по хорам - теперь с солистами - однозначно показывает приоритеты слушателей в этом вопросе. Музыка! Причём желательно изящная, красиво разработанная и говорящая к чувству без усложняющих идей.

Конечно, эти опросы забавны, но это всего лишь опросы о вырванных из целостных опусов "лакомых кусочках". Их результаты никоим образом не подсказка в вопросе о том, насколько важен у Вагнера текст или идея. И тем более не подкрепление ни "да", ни "нет" в спорах о том, удался ли ему гезамт.

Первое место девушек-цветов...просто очаровательный маленький кунстверк, разливающийся чувствительным мурлыканьем фактически без всякой связи с жёсткими идеями остальной оперы.... Сцена ни в коей мере не воспринимается обличающей и сатирической, музыка говорит там против всяких необязательных слов: «Это красиво, а значит, так и должно быть».

Можно, на мой взгляд, иметь смутное представление, о чем эта опера, но и тогда при хорошей дирижерской работе и при как минимум не мешающей картинке может быть услышан вагнеровский замысел в этой сцене, неотъемлемый от идейного мира "Парсифаля".
Ни о каких сатирах или обличениях нравов у Вагнера, конечно, речь не идет. Эта сцена - мастерское изображение "вегетативной" разновидности женского архетипа. Вагнер, задумывая эту сцену, говорил Козиме, что он сделает этих первых "коллективных" соблазнительниц не демоническими (дословно "не чертовками"), а растениями. Дурманяще-ароматные, цепкие, как лианы, густая цветистая поросль, через которую герою нужно продраться, не задерживаясь. Они особенно не опасны, эти растения, эта их эротическая игра на легких прикосновениях - как бы прелюдия к настоящей кульминационной опасности, когда их возню прерывает оклик "Парсифаль!" и появляется уже "чертовка" и "демон" - Кундри.

Эта быстроувядающая, одновременно игривая и сонная, капризная красота лучше всего символизирует "преходящесть", иллюзорность всего мира, созданного Клингзором. И, конечно, музыкально это шедевр! Ведь музыка, по Вагнеру, это - weiblische, женственное. Эти цветы - игривый аспект музыки, игривый аспект женственности. Всего лишь несерьезность, в отличие от кощунственного рокового смеха Кундри. Музыка шепчет и переливается, мурлычет, но в ней и с первого раза может услышаться и некоторая растительная ядовитость, и обреченность, тревожность, уколы шипов, в особенности это их последнее, почти змеиное, диссонансное - "Тоr!"

Я услышала это "дурманит, ненадежно и за одежду цепляется", еще ничего не зная о "Парсифале". Должно быть, мне помогла картинка в "Волшебнике Изумрудного города", прочитанном в детстве: поле красных маков, источающих сладкий усыпительный дурман, через которое Элли с компанией нужно пробраться, и при этом не заснуть, не забыть.
Современные режиссеры пытаются иногда наполнить эту сцену общественным содержанием, и получается у них, на мой взгляд, плохо. В большинстве евпропейских "актуализированных" "Парсифалей", борющихся за лучший мир на Земле, которых я видела, эти девушки изображаются жертвами сексбизнеса. От чудовищного "траффика", где из них делают побитый с кровоподтеками "товар" в полиэтиленовых упаковках, до шикарного французского борделя с балеринами Дега (кстати, приветственный "круговой танец" бордельных девиц вокруг нового клиента перед выходом "Maman", похоже, входил тогда в стоимость). Мне такие актуализации не нравятся.

Иное дело другой наш современник, режиссер Ханс-Юрген Зиберберг. О нем говорят, что он самый значительный и последовательный вагнерианец после Томаса Манна. Вот этот очень прямолинейно и страшновато визуализировал вагнеровскую мысль, в обход красивой цветочной символики. У него девушки снабжены зримыми символами "тщеты", вполне в духе натюрмортов vanitas: на одной проступают трупные пятна, другая кормит грудью череп, и т.д. Но Зибербергу удалось и показать, что живые девушки ни в чем не виноваты. Неподвижные, полусонные, явно твердящие то, что от них ждут, эти девушки-манекены - олицетворение статических "мифов о женственности". Вот эта сцена из его экранизации "Парсифаля", к сожалению, качество картинки неважное

Девушки-цветы -2

Продолжим?
Немаловажная связка между этой сценой и идейным содержанием "Парсифаля" в целом состоит и в том, что Девушки-цветы - это как бы женские соответствия наименее продвинутых граальских рыцарей, или, иначе выражаясь, "антирыцари", противоположный полюс наивной мужской религиозной воинственности. Они, эти рыцари, легко становятся жертвами Цветов - просто пасуя перед физической красотой, перед реальностью, которая для них несомненна. Поэтому для победы над ними, над рядовыми, Клингзору достаточно этих рядовых Цветов. Для Короля Грааля Амфортаса, или для кристально чистого (в ином смысле, чем падшие рыцари были наивны) Парсифаля, как известно, понадобилась "тяжелая артиллерия" - Кундри.

Интересно, что в 1-м Акте Гурнеманц уже говорит о них, об этих женщинах, как о растениях "d'rinn wachsenteuflisch holde Frauen", т.е. "там растут чертовски прекрасные женщины (или "женщины демонической красоты")", хотя Вагнер, как уже было сказано, решил их явными демонами не делать, а сделать просто цепкими растениями.
Итог: цветок к клинку, клинок к цветку, сад Клингзора - отражение мира Грааля, его зазеркалье. Невольно вспоминается рассказ Пелевина "Миттельшпиль" о двух панельных девицах и двух образцовых офицерах

Навеянное

Как абстрактная тема последняя идея с бесконечными взаимоотражениями интересна и привлекательна. Но если Пелевину провести эту мысль удалось, то Вагнеру не очень. И дело не в разных форматах, сюжет "Парсифаля" вызывает вопросы даже в своём музыкально-драматическом формате - во всяком случае, у человека, склонного задумываться о происхождении мифологии вокруг всевозможных "святых мощей" (здесь я и религиозно-философскую, и собственно вагнерианскую мифологию имею в виду). Тем, для кого эта опера действительно христианская мистерия, как прописал Вагнер, вопросы не нужны и мои дальнейшие соображения, навеянные предыдущим постом, тоже. В музыке "Парсифаля" меня тоже многое абсолютно восхищает - это финальный мастерверк и вместе с тем самая гармонически-экспериментальная из вагнеровских драм, притом обошедшаяся небольшим цитированием и почти что без немелодичных длиннот. Но тем хуже получается совместить эту музыку с сюжетом, который в классическом виде для меня на 60% неприемлем. В Вашем толковании, уважаемая Multilingua, он оказывается неприемлемым для меня уже на 80% - в основном с этим я и не согласна
Цитат давать не буду - просто быстренько и подряд. Итак, поехали:

1) Девушки-цветы - существа естественные, для материализации этого "женского архетипа" никакого волшебства и Клингзора не нужно. Секта граальских рыцарей, напротив, интеллектуальное, искусственное построение. Естественное отражением искусственного быть не может, зазеркальем в этой паре может быть только мир Грааля. Вносимая Клингзором и Кундри иерархичность цветочного царства действительно является отражением граальской мужской иерархичности, но штука в том, что девушки внутри своего сообщества её фактически не приемлют. Она им просто не нужна, ведь они никому и ничему не противостоят, им дела нет до Грааля и всего с ним связанного..

2) Если говорить о мужском и женском вообще, то Вагнер настолько предвзято, надуманно и натужно проводит в опере это противопоставление, что это вызывает даже больше недоумение, чем раздражение. И поневоле наводит на мысль о неких возрастных проблемах у человека, который раньше вроде бы ничем таким не страдал.

3) Несмотря на возникшие проблемы эпизод с девушками-цветами отработан в лучших традициях - мужская мечта о попадании в такой цветник неубиенна. И вести себя при этом нужно, конечно, не глупым Альберихом, а галантным кавалером, находящимся на высоте положения и контролирующим ситуацию. Бессмысленно спрашивать, откуда у вышедшего из леса Парсифаля взялись эта галантность, умение эстетствовать, говорить комплименты и спокойствие абсолютно уверенного в себе мужчины. Так надо – это мужской идеал, вечный и практически недостижимый.

4) Мне не особо нравятся актуализации с "жертвами сексбизнеса", но также не понравился и предложенный Вами вариант этой сцены у Зиберберга (сразу оговорюсь, всю эту постановку не видела - возможно, по целостному итогу там всё гармонично). Почему сцена не нравится - потому что для меня она идёт чётко против музыки. В девушках нет ни красоты, ни игривости, ни радости от лёгкой болтовни, ни мало-мальского интереса к Парсифалю, ни лёгкого ветерка той мимолётности, о которой, собственно, хотели сказать - сплошная лобовая статика с действительно отталкивающими лобовыми ассоциациями. Какая сложность пройти мимо эдаких "прелестниц"? Понимаю, почему такая трактовка хорошо ложится на Ваше мировоззрение, и, возможно, в нормальном качестве в этой картинке присутствует некий притягательный декаданс или тонкие аллюзии, которые я могла бы оценить хотя бы визуально, пусть и в отрыве от музыки. Но во всяком случае по ссылке этого нет, и выбора, кроме как свалить побыстрее из этого крокодилового притона, у Парсифаля тоже нет. Если считать такую трактовку сюжета классической, то она сводит на нет достижение героя, а если постмодернистской, то ему в этой сцене не хватает человечности.

4) По существу, введение всевозможных жертв сексбизнеса развивает и конкретизирует тему, упомянутую Вами и действительно подспудно заложенную Вагнером – тему «статических мифов о вечной женственности». Режиссёры таких актуализаций говорят зрителю: «Несправедливо и некрасиво выхолащивать и использовать женственность таким образом». На саму идею вечной женственности они не покушаются – в отличие от Шопенгауэра, у которого ей нет места. И фактически именно так, по-шопенгауэровски, а даже не по-вагнеровски решена эта тема у Зиберберга.

5) Я двумя руками за индивидуализм и его бунты против установленного миропорядка. Но, на мой взгляд, введение настолько отталкивающих деталей в сцену с девушками без аналогичного переосмысления всего сюжета – в принципе ущербная, чисто пропагандистская в худшем смысле слова концепция. Оставить мифологического «героя на белом коне», а противостоящие ему и без того изначально тёмные силы вымазать вдобавок трупными пятнами! Это, конечно, весьма универсально в плане воздействия на большинство, но запашок у такого подхода нехороший (ещё раз оговариваюсь, это теоретическое рассуждение, постановки целиком я не видела).

6) Моё собственное восприятие этой сцены всегда было таково, что девушки вполне натуральны, просто очень юны. Момент и правда скоротечен, и магия этой нежной мимолётности ощущается в музыке. Собственная воля этих созданий ещё толком не проснулась, они легкомысленны, непоследовательны, держатся стайкой, не пытаясь из неё вырваться. Они ещё не умеют играть, только учатся, это и важно для них, а Парсифаль как таковой им на самом деле не нужен. Не знаю, как можно услышать там какое-то змеиное шипение, когда это всего лишь тот «Дурак!», которого выкрикивают вслед нашкодившим пацанам в школе.

7) То же самое касается акцентируемой Вами цепкости – я её в упор не слышу, извините. Коллективная цепкость – это в принципе нонсенс. Привлекать мужчину можно только индивидуально - нет такого «женского архетипа», который рассуждал бы по-другому. Сексуальная обезличенность желательна только мужским архетипам. Но Парсифаль вроде бы далёк от взращивания в себе такой архитипичности, цветами юной женственности он восхищается чисто эстетически и разговаривает с ними, кстати, о многом именно как старший с младшими. Так что некого и нечего в этой сцене демонизировать, кроме архитипичного мужского страха победы «вегетативного женского царства» над «интеллектуальным венцом природы». И этот страх провозгласил человек, написавший «Валькирию», «Гибель богов» и «Тристана»!.. Впрочем, в музыке, как я уже говорила, на возрастную деградацию нет и намёка, и это главное.

8) Вы, наверное, будете доказывать, что «Парсифаль» и в идейном отношении – вершина вагнеровского творчества. И ради бога, противоположные точки зрения нужны и необходимы – просто я действительно не люблю пропаганду всяких страхов и комплексов, и тут меня не переубедить. Поэтому, во избежание прежних эксцессов, лучше доказывайте как-нибудь поабстрактнее, без чрезмерных побуждений оппонента к дискуссии )) К слову, Вы меня удивили признанием вагнерианских заслуг Томаса Манна – вот уж кто имел совсем не каноническое воззрение на предмет и больше спорил с Мастером, чем соглашался с ним. Из их «Тристанов» лично я выбрать не могу, великолепны оба, хотя вагнеровский, конечно, исходен в данном случае, как и ещё в десятках других аллюзий с этим сюжетом. Но что касается «Парсифаля», «Иосиф» в моей табели о рангах безусловно даст ему десять очков вперёд, если вообще можно сравнивать идеологический гимн и песню свободного человека.

9) Насчёт опросов я, в общем-то, ответила в той теме, но здесь скажу поподробнее и немножко с другой стороны. Естественно, они не являются показателем того, насколько важны у Вагнера идеи или тексты – для самого Вагнера или для кого-то другого, считающего своё мнение абсолютом в этом вопросе. Речь идёт о непосредственном восприятии, о том, насколько и какие идеи людям нужны или не нужны – в целом, в среднем, в большинстве. И в этом смысле опросы показательны и доказательны – опять же для тех, кому интересно про живых людей, наших современников, а не про абстрактно-философское значение Вагнера и Шопенгауэра. Можно дискутировать о формулировках, о репрезентативности, о логике выводов и т.д., однако бесполезно спорить, что показательнее, результаты опросов обычных слушателей, экспертные мнения или рассуждения самого Вагнера – это зависит от того, что мы хотим выяснить. Мы выясняем мнение людей – вагнерианского, можно сказать, народа. Может оно служить показателем того, что Вагнеру что-то удалось или не удалось? В стандартной системе координат – может, в других – не может или может с какими-то оговорками. Заявления о том, что стандартная система координат неверна, а верна какая-то другая, выглядят странно. Хотя бы потому, что кому-кому, а истинным вагнерианцам, кажется, уже можно бы привыкнуть к вечному пребыванию в меньшинстве – и в качестве ценителей классической музыки вообще, и как выбравшим из неё не самую простую оперную ипостась, и как отщепенскому отряду уже среди опероманов. Но, поди ж ты, всё не спится некоторым без попадания в заветное хоть бы местное большинство, а ежели попадания не случилось, тогда, значит, система неправильная. Почему она именно на этом-то месте стала неправильная, когда она везде одна и та же? Или Вы сомневаетесь, что есть ещё более «правильные» системы, чем Ваша?..

.Ладно, всё, усмиряюсь )), а Вы проповедуйте, если есть желание.

Для начала еще раз напомню,

Для начала еще раз напомню, что проповедью я не занимаюсь и никогда не занималась. Если Вам интересен интеллектуальный дискурс о Вагнере, который, судя по всему, не был "вашим" человеком, то можете прочитать нижестоящее. Если же Вы по неведомым мне причинам непоколебимо уверены, что здесь мною проповедуется то или иное учение, "читаются морали" и т.д., то лучше Вам мои посты не читать, а мне, наверное, лучше их здесь не писать.

Как абстрактная тема последняя идея с бесконечными взаимоотражениями интересна и привлекательна.
Но если Пелевину провести эту мысль удалось, то Вагнеру не очень
.

Бесконечных взаимоотражений у Вагнера нет, и таких целей не ставилось. Для разработки граальского мифа, как и большинства других мифов в европейской культуре, где присутствует "имитатор", будь то Сатана или Демиург, достаточно одного отражения. И вообще я не зря написала "невольно вспоминается", то есть это всего лишь ассоциация и прямо сопоставлять Пелевина с Вагнером нет смысла.

Далее по Вашим пунктам, цитирование только частично.

1. Вы толкуете о Вашем видении вагнеровского сюжета и образов "Парсифаля", но совсем не о том, что имел в виду Вагнер. Вы говорите о Девушках-цветах так, как будто они были бы Рейнские девы. А вещи это принципиально разные. Самой по себе Природы, первичной, первозданной, невинной, игривой и какой-то там еще, вне замысла автора и вне конкретной мифологической схемы данного произведения - не существует. Поэтому если к Рейнским девам можно и нужно прицепить этот ряд эпитетов, то к Девушкам-цветам - нет.

Нибелунговский цикл с его "Золотом Рейна" - это рассказ об отделении Ума от вышеобозначенной Природы и о трагическом конце этого проекта.

"Парсифаль" - это рассказ о спасении человека и природы , причем природы, естественно, в другом значении, чем в "Кольце". Здесь природа вовсе не первична. Во многих религиях происхождение природы, или же её обычное, т.е. "падшее" состояние - это результат некоего несчастья. В данном случае самооскопления Клингзора и его желания отомстить Граалю. Природа в виде сада с девушками-цветами - это творение Клингзора. Есть ли иерархия внутри этого растительного мира, или её нет - совершенно неважно, как и не особенно важна и не показана иерархия между рядовыми рыцарями Грааля. Важно, что есть рядовые рыцари, над которыми - Король Грааля, и есть Цветы, над которыми - Кундри, и которыми заправляет Клингзор.

То, что Вы дальше говорите о Цветах - это некий синтез Рейнских дев и черняковских девчушек со скакалками, которые у него почему-то выпевают текст соблазнительниц.

им дела нет до Грааля и всего с ним связанного..

Вагнеровским Цветам не просто есть дело до "всего, связанного с Граалем", но они только затем и созданы и только тем и живы, что улавливают рыцарей, хотя самого Грааля они знать, естественно, не могут. Эти Цветы - и природа, и социум одновременно. Почитайте еще раз, что они поют. Они - воспитанные в моногамии существа, у каждой свой рыцарь. Но сами по себе, без рыцарей, они существовать не могут, поэтому, когда рыцари погибают, среди них переполох, и тут же нужен новый на место погибшего. И они соперничают, враждуют, и совсем не шутят ( еще раз: это не Русалки! ), когда ссорятся из-за Парсифаля. Но поскольку это - всего лишь растения, а не демоны, то и вражда их не опасна, и все, что они поют, звучит по-цветочному.

Мир Грааля - не "интеллектуальное, искусственное построение", эти определения здесь не работают не только потому, что в "Парсифале" речь о разделении "природы" и "интеллекта" не идет, но и потому, что эти слова вообще неприменимы к религиозным объединениям прошлого, будь то хоть примитивные мужские союзы у первобытных народов, хоть римская церковь.

2. Что-то не вижу я там ничего предвзятого, надуманного и тем более натужного, а вижу более чем естественное в рамках данного повествования. Вы же пытаетесь сопоставить вагнеровские драмы, которые к методу реализма отношения не имеют, с каким-то "как оно на самом деле". Это - не о "на самом деле", точнее, о совсем другом "на самом деле": миф он и есть миф. И "возрастные проблемы" совершенно здесь ни при чем. Поверьте, я кое-что читала о Вагнере последних лет его жизни, в частности, об отсутствии у него этих любимых всеми "проблем", которые все спешат выдумать и призвать на помощь, как только им что-то не нравится, о ком бы ни шла речь.

3. Как уже было сказано, параллели с "Золотом Рейна" нет. Цветы действительно хотят соблазнить Парсифаля и ссорятся. И странно, что Вы видите здесь у Парсифаля "котроль над ситуацией", слышите "комплименты" и проч. Ничего этого здесь у Вагнера не имеется в виду. Парсифаль даже не понимает, чего они, эти существа, от него хотят, он думает,что они вправду цветы, и хотят всего лишь поиграть. Эта наивность очень правдоподобно Вагнером изображена. Ну а уж как певец разыграет, это другой вопрос. Правда, у Парсифаля благородная кровь, это видно всегда (см.Акт 1), поэтому он при всей своей наивности и неискушенности всегда выглядит благородным...

4. Зиберберг не постмодернист, он последний немецкий романтик, прекрасно понимающий, что он последний. Отсюда декаданс. Его "Парсифаль" превосходен, хотя и совсем не "классический". А у Вагнера достижения в том, что Парсифаль не поддался прелестницам, нету, учитывая, что он по своей простоте даже не понял, что от него требуется. Это шикарный вагнеровский ход, что именно на такого рода простеца нужна Кундри.
Кстати, этот режиссер в конце решает проблему женственности так, как лично мне по вкусу. Пересказывать не буду.

5. Это все совершенно не про Зиберберга.

6. Это про Чернякова, не про Вагнера, см. выше. Напоминаю Вам, что Kind, Kinder в немецком того времени употреблялось при обращении к женщинам вообще, а так же иногда при обозначении женщин в 3-м лице. Лишь бы женщина была молода или ниже говорящего по соц. положению. Еще в 80-х годах в Германии от "статусных" стариков это можно было услышать. Девушки-цветы - не дети. И Парсифаль у Вагнера - не снисходительный взрослый, а просто бесконечно наивный, невинный юноша.
Последнее "Tor!" во всех исполнениях, которые я помню, звучит злобно, со скрежетом. И понимать его следует в контексте всего произведения. Много раз упоминаемое "Tor" (варианты перевода на русский язык: дурень, простофиля, простец, в "Парсифале" почти везде - с определением "rein", т.е. "чистый" в значении "неиспорченный")- это не тот "Дурак!" которого выкрикивают вслед нашкодившим пацанам в школе", а то же, что и повсюду в "Парсифале", т.е. простофиля, здесь - болван, чурбан. Т.е. здесь, по Вагнеру - обычная женская реакция на наивную непонятливость соблазняемого.

7. Про цепкость, мне казалось, я написала понятно. Они растут кучей, толпятся, мешают проходу и цепляются, как свойственно растениям, всего лишь это. Парсифалю они уже надоели под конец, он уже их полусердито отталкивает, см. либретто, там так и сказано.

- нет такого «женского архетипа», который рассуждал бы по-другому. Сексуальная обезличенность желательна только мужским архетипам. Но Парсифаль вроде бы далёк от взращивания в себе такой архитипичности,

Я не поняла, что Вы здесь хотели сказать, извините.

...спустя некоторое время, перечитав: кажется, поняла. Но любая коллективность, будь то коллективная anima для мужчин, или animus для женщин, это взгляд со стороны, то есть это то, как подсознание мужчины или женщины видит мужское соотв. женское в его самом первичном проявлении. Со стороны эти экзистенциально незрелые (но вполне половозрелые) существа - это коллектив взаимозаменяемых особей. Так всегда в народных танцах, например. Так всегда в сексуальных сновидениях, и т.п. Так что Ваша трогательная защита героя похожа на некое морализаторство.

Кстати, полной обезличенности как отсутствия индивидуальности у этих Цветов Вагнер не хотел, он об этом писал. Каждая из этих девушек сознает свое "я", и со стороны тоже можно отличить одну от другой, это цветы разных видов. Но они остаются неким сборищем для субъекта, как во сне, как во всех мифах, обработанных культурой (недавно видела "Жизель" - прелесть!). Более того, они - хор и для самих себя, и петь иначе, чем хором, не умеют, разве что когда каждая коротко ойкает по поводу гибели своего рыцаря, или когда они пытаются выделиться из общего хора в конкурентной перепалке. В общем, девицы-красавицы, девицы-подруженьки.

Про возрастную деградацию повторяться не буду. И про страхи и комплексы тоже. Последние тексты Вагнера - самые интересные, в последних записях "по женскому вопросу" - много пророческого, много того, что сейчас и феминистки поднимают на свое знамя.

А спорить по-манновски - интересно. И вообще никакой канонизации не нужно, о чем это Вы все время? О Манне можно потом подробнее.


Поэтому, во избежание прежних эксцессов, лучше доказывайте как-нибудь поабстрактнее, без чрезмерных побуждений оппонента к дискуссии

Вы, кажется, были недовольны раньше обратным, а именно тем, что не говорилось ничего такого, что бы побуждало к дискуссии. И что значит поабстрактнее здесь?

Но, поди ж ты, всё не спится некоторым без попадания в заветное хоть бы местное большинство

Кто хочет попадать в большинство и зачем? Мне чаще всего, когда речь заходит о мнениях, совершенно все равно, оказалась я в большинстве, в меньшинстве или одна как перст. Даже было бы странно там, в большинстве, оказаться, когда речь идет о вкусах некоего анонимного сообщества, пускай даже и "избранного среди избранных". Большинство всегда предпочтет "Полет Валькирий", а большинство среди "продвинутых" - "Тристана", уж больно популярен фильм "Меланхолия".
Кстати, у Вас с большинством непоследовательность, Вы категорически его отвергаете, когда оно заявляет, что какая-нибудь режопера - чепуха, но когда оно начинает голосовать "про Вагнера вообще", оно вдруг становится vox populi, vox dei.

Единственная ситуация, когда мне в большинстве уютнее, чем в одиночку, да и то с оговорками, не всегда, - это тот самый пресловутый академический консенсус. Потому что исследователи - по определению - это те, кто пытается узнать побольше о предмете исследования, и для кого профессионализм заключается и в умении выключить свои личные пристрастия и "комплексы" и руководствоваться логикой и фактами. Это все же надежная вещь.

Кроме того, обычно музицирующие не смыслят в философии, а философствующие - в музыке. Это еще более проблематизирует для меня здесь правоту большинства. Универсальность - удел немногих. Так что разобраться в Вагнере хорошенько - это действительно на полную ставку работа, мне не очень по зубам.

Но бывают одновременно и музыканты, и философы в одном лице, и среди профессионалов! очень редко, но бывают. Вот таких хочется слушать. Одного такого надеюсь услышать вскоре в Байройте, рекомендую, Stefan Mickisch - www.mickisch.de/

В саду Клингзора

Сцена для моей концептуальной постановки, навеяно диалогом уважаемых дам Sletelena и Multilingua

Действующие лица:
A, B, C - Девушки-цветы
Richard Wagner
Cosima

А: Тоска... Сегодня сюда, кажется, никто не забредёт.

В: Им всё труднее отыскивать наш сад...

С: ...да и помоложе были мы раньше...

А: "О, милые сестры, жизнь наша еще не кончена. Будем жить! Музыка играет так весело, так радостно, и, кажется, еще немного, и мы узнаем, зачем мы живем, зачем страдаем...
Если бы знать, если бы знать!"

B: А ведь можно переехать в Байройт! Да, бросить все - и в Байройт. Да! Скорее в Байройт...

C: Черняков тут недавно околачивался...

B: Только бы не увязался за нами!

A: Как всегда: кто не нужен, заглядывает, а вот Рейнских Дев что-то не видно...

В: Да они нам седьмая вода на киселе. И что они о себе мнят? Неотесанная деревенщина, а туда же... Дескать, у них там всё так естественно!

С: А у нас будто бы всё так искусственно! Наглые шлюхи!

В: Ну-ну, это ты чересчур...

С: И ты им под стать, такая же змея.

В: А ты – архетип тупой коровы.

С: Слышала бы ты, что о тебе говорит А. Пересказывать не буду. Ой, смотрите, кажется Рихард идет!

А: Рихард, наконец-то!

Richard Wagner: Извиняюсь. Дел было – зашибись.

С: Садись ко мне! Какой у тебя красивый халат!

В: Останься подольше. Тут пару дней назад был Артур!

А: Ах, рано или поздно все они здесь будут, когда ...э-э-э...побреются хорошенько.

С: Ты один? Мог бы захватить пару друзей!

В: Да ну, сколько можно! Опять было бы как всегда.

( одновременно, перебивая друг друга )

А: Написал что-нибудь новенькое?..

С: Ой, какая у тебя шелковая блузка!..

В: Скажи, а правда, что католическая церковь, с её несомненным мощным интеллектуальным аппаратом, наконец и тебя...

А: Посиди подольше сегодня! Я тут как раз новую статью по современной психологии...

С: Не мог бы ты мне что-нибудь на фортепиано...

B: "Nun sei uns freund & hold..."

А: "Magst dich nicht getrauen?" Возрастные проблемы?!

R: Барышни, я, собственно, не понимаю, чего вы от меня хотите...
"...hab ich nun geträumt?"

(открываетcя дверь и повляется Cosima)

Соsima ( громко): Рихард! Опять?! В салоне гости ждут, пойдем скорее! (в сторону) Эти Девушки-цветы у меня уже в печёнках сидят...Целый день он тут с ними вошкается...Как ребенок, честное слово!

)))

Забыла, как назывался прикольный рассказ, где эта команда - Рихард, Матильда, Отто, Лист со своей баронессной и все прочие - культурно тусуются, пытаются устроить свои делишки, говорят друг другу всякое одно и думают себе всякое другое. Во всяком случае, финал с "Козимой в сторону" у Вас получился прямо аллюззией на этот рассказ )) Однако, при неоспоримых достоинствах Вашего, уважаемый abbegalian, текста, теории Шопе-ра, Шельма-на и Фрейда-на для такого феномена едины - текст этот требует некоторого догона. Чтобы слушатели выходили с Вашего представления живыми и имели ещё страдательное желание метнуть спелый овощ в постер "Одарённые дуры" с нашими физиями на входе, придётся ещё малёк психологично обыдеить Ваш кунстверк ))

Смеялась я три раза. На архетипе толстой коровы, на католической церкви с её мощным интеллектуальным аппаратом, и на Nun sei uns freund & hold. Притом, что все три фразы говорит один и тот же генномодифицированный кактус В - это, значит, я и есть (единственное, убегание от Чернякова в мою "партию" странно затесалось, но в целом зачёт). Остальные участники дискуссии - выбирайте себе вегетативно-цепких прелестниц и прочих персонажей по собственному представлению )) И да - ещё с Вагнером у Вас получилось очень прикольно, где "не понимаю, что вы от меня хотите" )) Кстати, про возрастные проблемы я вовсе не то имела в виду, когда "Мой друг меня предал опять - за это всех баб ненавижу", нет, я просто хотела сказать, что стареют все люди по-разному. Некоторые, например, впадая в категоричность и со злобствующим желанием размазать по стене уже неподвластную им ловкую беззаботную молодость.

Остальное потом, очень муторный интеренет на даче, на каждой фразе три минуты виснет, мочи нет. Поэтому, уважаемая Multilingua, если сочтёте нужным перенести этот анти-научноконсенсусный заворот обсуждения в Клуб, сделайте это, пожалуйста, сами.

Поэтому, уважаемая

Поэтому, уважаемая Multilingua, если сочтёте нужным перенести этот анти-научноконсенсусный заворот обсуждения в Клуб, сделайте это, пожалуйста, сами.

Зачем же? Здесь это вполне на месте. В обсуждении, на мой взгляд, можно говорить, кто на что горазд, лишь бы не очень глупо и по теме. Эта пьеска - вполне по теме, и забавная к тому же. Но не думаю, что уважемый abbegaliani хотел настолько уж в лоб нарисовать карикатуры с конкретных людей. Иначе у него был бы дуэт, а не трио квазичеховских сестер (см. закавыченную реплику А).

Между первым и вторым...

Т.е. здесь, по Вагнеру - обычная женская реакция на наивную непонятливость соблазняемого. "Козёл!" :):):):)

Вообще, по сюжету оперы мне непонятен вот какой момент: первый акт заканчивается тем, что Гурнеманц выгоняет из храма ничего не понимающего Парсифаля. Второй акт начинается со слов Клингзора "уже влечёт дурака мой замок".

С Парсифалем явно что-то произошло за это время. Но что именно - Вагнер умалчивает. Если обратиться к поэме Вольфрама, то там вообще Парсифаль задумывается о том, что он должен помочь братству Грааля, только после Страстной Пятницы, которая в Вагнера почти в самом конце оперы. А с Клингзором у Вольфрама вообще боролся Гаван, а не Парсифаль.

В общем, следует предположить, что за это время Парсифаль что-то узнал про то, где ему довелось побывать в первом акте, и про то, что Клингзор - враг рыцарей Грааля. Но судя по его поведению во втором акте, он плохо представлял себе, с чем ему придётся столкнуться в замке Клингзора.

Вагнер очень пренебрежительно

Вагнер очень пренебрежительно отзывался об этом рыцарском романе фон Эшенбаха, ему не нравилось, что там описываются приключения, и он был уверен, что Вольфрам - поверхностный ум, который не понял, что именно в мифе о Граале ценно и важно.

Я почитала этот роман- ничего, не хуже и не лучше других в этом же жанре. А Вагнер взбесился, что из такого сюжета сделали такой дешевый рыцарский "триллер".

В его "Парсифале" как раз то и важно, что Парсифаль ничего не знает, просто он открывает мир для себя, а мир - это и есть замок Клингзора с садом.

Если человека не устраивают объяснения (неизбежно психологизированные) с точки зрения религиозного мифа, коим является вагнеровский "Парсифаль", то он(а) всегда может фантазировать в другом жанре, а именно в повествовательно-детективном. Этим, собственно, некоторые и так уже занимаются, но Вагнер тут совершенно не при чем. А рыцарские романы - не самое плохое чтение для наших времен, не спорю.

просто логика

Но это абсолютно не стыкуется со штурмом. ШТУРМОМ!!! Парсифаль не просто куда-то забрёл и был вынужден защищаться от напавших на него, а сам атакует! Его последующее поведение с девушками-цветами говорит о том, что он не пытался их завоевать, как предположил Клингзор. Очевидно, что у Парсифаля в этот момент есть серьёзный мотив штурмовать замок.

В традиционной культуре

В традиционной культуре молодой и сильный всегда познает мир, "штурмуя" его. И через юношескую агрессивность, необходимую, но от этого не менее проблематичную, человек приобретает опыт. Все. Дальше пишите Ваш рыцарский роман сами.

Сокращённый "Парсифаль"

А это что за зверь такой? (отвечать лучше в Обсуждении "Парсифаля", сейчас это верхняя тема в Последних Пополнениях).

В принципе, вот http://vk.com/klingsor

Другие исполнения, упомянутые в аннотации - это Баренбойм - 90 и Ваарт - 97 (инструментал).

От Ваарта взята увертюра, фрагмент из инструментальной версии сцены коронации Парсифаля, который используется в качестве вступления к финальной арии Парсифаля, и инструментальная часть заключительной музыки. От Баренбойма взята большая часть "девушек-цветов", фрагмент с колоколами в первом акте и заключительный хор. Ещё есть мысль взять от Караяна проигрыш из сцены покаяния Кундри, но пока не пробовал это сделать.

Основная сложность в том, что запись Булеза не очень хорошего качества, а в большинстве других исполнений многие места ужасно затянуты. Из качественных записей достаточно бодро всё у Кегеля с Колло, но там, наоборот, многие кайфовые места так ускорены, что вместо величественного эпоса получаются бальные танцы.